Экспедиция в Тибет – 2010

Немногим более ста лет назад, чтобы попасть в Тибет, нужно было обладать огромной силой воли и немалым мужеством. Выправлять множество бумаг, а потом месяцами идти пешком, как Пржевальский. Притворяться бурятским ламой, как Цыбиков. Рисковать своей жизнью. Сейчас все гораздо проще, но Тибет остается одним из самых загадочных мест нашей планеты. На Тибетском плато некоторые места до сих пор еще не исследованы. В сущности, хорошо описаны, упомянуты в путеводителях и известны туристам только отдельные объекты, а вокруг - целый мир высоких нехоженных горных хребтов, сел, маленьких городков, монастырей и стойбищ кочевых жителей. Мир, населенный тибетцами и родственными им народами с уникальной культурой, тесно связанной с религией и еще мало ассимилированной в китайскую.

В 2009 году мы провели два месяца в Тибетском автономном районе Китая. Совершили поход-паломничество вокруг озера Намцо, прошли пешком верхнее течение Брахмапутры и сделали много фотографий Лхасы.

Но тибетское плато примерно в два раза больше Тибетского автономного района. Сейчас оно административно разделено между провинциями Ганьсу, Цинхай, Сычуань, Юньнань, Тибетским автономным районом Китая и Ладакхом в индийском штате Джамму и Кашмир. На долю жителей ТАР перепадает наибольшее давление со стороны китайских властей. Они хотят, чтобы тибетцы как можно быстрее ассимилировались и не предпринимали попыток отделиться. За пределами ТАР тибетская культура сохранилась лучше.

С 30 августа по 20 ноября 2010 прошла наша вторая экспедиция в Тибет. На этот раз мы путешествовали по провинциям Цинхай, Сычуань и Юньнань, по районам, прилегающим к границе ТАР. Мы изучали культуру тибетцев и других традиционных народов, живущих в этом районе. Прошли несколько высокогорных маршрутов. По мере возможности мы выкладываем в этом разделе путевые заметки и фотографии, следите за обновлениями. Статью о жизни современных тибетцев-кочевников читайте в журнале "Всемирный следопыт" (апрель 2011).

Общую карту маршрут нашей экспедиции в Тибет можно посмотреть здесь.
Самые важные статьи в этой рубрике:

Скромный быт переносного дома

Палатка тибетского кочевника – пример настоящего минимализма: в ней есть только то, что действительно необходимо для выживания. Регулярно перемещаясь с места на место, да еще и перевозя скарб на упрямых яках, не обзаведешься ни лишней одеждой, ни толстыми семейными фотоальбомами, ни чайными сервизами, ни мебелью, ни богато украшенным алтарем с бронзовыми статуями божеств. Зато вещи, которые прошли строгий отбор, функциональны, удобны и проверены временем.

Последние кочевники Тибета

Эта моя статья опубликована в журнале «Всемирный следопыт» (3/2011).

Небо угрожающе темнело. Цэринг побежал за яками: нужно пригнать стадо до начала грозы. Его жена Пема позвала нас в палатку. Начался ливень, и крыша протекла. Пришлось перетаскивать в сухой угол старенькие матрасы и вычерпывать ковшиком воду из луж на полу. Когда дождь утих, все уселись вокруг печки. Верхнюю одежду не снимали – слишком холодно. Мы в гостях у тибетских пастухов-кочевников. Они живут в провинции Цинхай, в высокогорье, пригодном только для пастбищ, и разводят скот. По-тибетски их называют «дрокпа» – люди высокогорной степи.

К снежной горе Гьеньен. Путешествие по Южной Сычуани, часть 3

После разведки Розовой долины и заснеженного перевала мы спустились к месту слияния долин и поднимаемся теперь по правому по ходу движения притоку. Здесь в лесу яками набита хорошая тропа, выше на лугу караван разбредается. То и дело идем по знакомым нам сухим кочкам. Дрова закончились, налетает ветер. Мы все же нашли немного хвороста и развели костер. Перевал Рати на карте, вероятно, обозначен неправильно. Слабая тропа идет к более восточной седловине, которая ниже на 130 метров и по-видимому представляет собой логичный проход между долинами рек Динцюй и Сицюй. Один из пастухов также показал нам на эту седловину. Мы назвали этот перевал Рати Восточный (4974 м). Подъем по крутому травянистому склону (тропы практически нет), от долины, идущей к перевалу Рати в долину маленького ручейка, далее по пологой караванной тропе прямо на перевал. Внизу с перевала виден отличный сосновый лес. Дальше широкая долина теряется вдали. Начинается снегопад и даже близкой вершины горы Гьеньен не различить, хотя в ясную погоду на перевале было бы отличное наблюдательное место.

Из Батанга в горы Дашошань. Поход по южной Сычуани, часть 1

Батанг остался позади. А вместе с ним и сочные яблоки, и нежный ароматный инжир, и сладкая хрустящая морковь, и другие лакомства, от которых ломились прилавки на рынке. Еще спал портной, сшивший вчера «слоновью ногу» – утепленный синтепоном мешочек-вкладыш для ног внутрь спальника, он пригодится нам для по-тибетски холодных ночей. В полном составе храпел отряд международной полиции, призванный не пускать иностранцев, в том числе и нас, через границу Тибетского автономного района, находящуюся в нескольких километрах от Батанга. По спящим улицам мы уходили, но не в запрещенную страну буддизма, а начиная поход вдоль ее длинной, гористой, покрытой лесом и неимоверно красивой границы.

Лишь нитка шоссе, петляющая по ущелью над рекой, соединяет городок с остальным Китаем. Вокруг же бесчисленные долины, в лесах которых правят филин, леопард и волк. Мы направляемся к шеститысячнику – горе Гьеньен, попытаемся пересечь более чем пятитысячной высоты перевал в ее плече, будем шлепать километры по теплой грязи горячих источников, среди яков, греющих свою шкуру теплой водой под падающим снегом. По пути в Сянчен и Шангри-Лa пройдем непроходимое ущелье реки Сицюй (о последнем мы еще не догадывались).

Первая сычуаньская деревня и тибетский праздник. Пешком из Цинхая в Сычуань, часть 4

Наконец мы выходим в цивилизацию, и первая сычуаньская деревня встречает нас магазинами, куда съехались за продуктами уже знакомые нам кочевники. На следующий день в чистом поле нас позвали на тибетский праздник, который проводился в двух палатках. Более красиво одетых тибетцев мы еще никогда не видели! Все женщины и мужчины в шляпах, улыбаются, едят, разговаривают, дети резвятся, в общем, значительное событие для живущих вдалеке друг от друга пастухов-кочевников.

В гостях у тибетцев-кочевников. Пешком из Цинхая в Сычуань, часть 3

Мы прошли безлюдные горы и теперь спускаемся в Сычуань. В долинах появились многочисленные стойбища кочевников. Их хозяева более гостеприимны и открыты, чем амдосские пастухи, и приглашают нас в гости в свои палатки. Мы наблюдаем, как они живут, готовят еду, гоняют яков, воспитывают детей и невольно приносим себя в жертву обильным и жирным угощениям.

Четырехкратные первопроходцы. Пешком из Цинхая в Сычуань, часть 2

Продолжаем рассказывать о нашем длительном походе между провинциями Цинхай и Сычуань по безлюдным горам. Сегодня будет четыре впервые описанных перевала, очень много диких долин и тибетского неба с его масштабными погодными явлениями, от последствий которых мы будем прятаться в вязанной из шерсти, а значит, протекающей палатке.

По холмам Амдо. Пешком из Цинхая в Сычуань, часть 1

На границе провинций Цинхай и Сычуань между долинами рек Хуанхэ и Ялунцзян, вдоль которых идут автомобильные дороги, несколько хребтов разделяют долины, где все еще живут тибетские пастухи-кочевники, где нет магазинов, шоссе и туристических достопримечательностей. Туда мы и направились после похода на гору Амнэ-Мачин.

Поход был несложным в техническом плане, но богатым на первопрохождения. Мы прошли и впервые описали 5 перевалов высотой более 4000 метров. Маршрут интересен тем, что соединяет две китайские провинции, две дороги и долины двух крупных рек, проходя по малонаселенным и глухим места, совершенно избегая проезжих автомобильных дорог.

Поход из Байюйя в Батанг. На краю цивилизации (часть 2)

Продолжение рассказа о походике. В этом выпуске про перевал и много снега, про забытую буддой деревню и ее колоритных жителей, про то, как нас настигла непогода. Велкам!

Поход из Байюйя в Батанг. Глухомань в Сычуани (часть 1)

Дорогу из Байюйя в Батанг любят продвинутые китайские путешественники на джипах. И одновременно боятся: хоть она и обозначена на карте как дорога, но больше похожа на развезенный тракторами проселок. Однако нам с Пашей и этого было мало. Мы решили, что часть пути пройдем пешком через горы, а вторую – проедем автостопом по тому самому экстремальному бездорожью. Читайте о том, что из этого получилось.

Архитектура в Тибете - 2

Мы уже писали о том, как выглядят традиционные тибетские дома. Тогда речь шла о центральном Тибете, где каждое здание – миниатюрная Потала, эдакая глиняная крепость с окошками-бойницами. Белые стены, черные контуры на окнах, лаконичные орнаменты – обычное жилище в тех краях. Осенью 2010-го мы побывали на юго-востоке Тибета, и сначала даже в глазах зарябило. Все дома – деревянные! Ярко окрашенные, да с пестрыми узорами. Мы в Тибете??

Как строят тибетские ступы

Когда идешь по Тибету, то и дело по пути встречаешь старинные ступы. Они сооружены из камня-плитняка и обмазаны глиной. А иногда тибетская ступа – это всего несколько камней, в которых все же можно угадать канонические контуры. Несмотря на сухой климат, обмазанные глиной ступы постепенно разрушаются и вид у них очень древний. На смену им появляются новые. В Тибете по традиции строят восемь видов ступ. Подробные их описания содержат множество деталей конструкции и строгие пропорции элементов. Каждый вид обладает своей собственной символикой и значением. Впрочем, если не знать об этом, можно со стороны и не заметить разницы.

Брачные игры или птичье кунг-фу в Тибете. Животные Тибета - часть 3

Олени и буйволы сталкиваются рогами и пытаются повернуть соперника и прогнать, коты шипят и бьют лапами по ушам, черепахи пытаются поддеть панцирь друг друга и перевернуть. Когда весна и кровь кипит даже маленьким птичкам не чужды состязания, чтобы утвердиться на территории и привлечь брачного партнера. А некоторым птичкам в Тибете, и в сентябре еще весна. Враждуют наши джигиты по-серезному – какие тут игры. Но ран и увечий, как и, пожалуй, нигде среди животных, при этом не бывает. Но перья, конечно, летят и накал страстей велик.

Больной зуб и традиционная тибетская медицина

За неделю до этого случая у меня заболел зуб. Мы путешествовали по далеким уголкам Цинхая, и не планировали срочно навещать стоматолога. Вскоре мы пришли в монастырь, где смогли убедиться в том, что традиционная тибетская медицина до сих пор существует. Читайте о том, как это было.

Поход в районе горы Амнэ-Мачин (Китай, провинция Цинхай). Часть 2

Продолжаем рассказывать и показывать фотографии из похода в районе горы Амнэ-Мачин в Восточном Тибете. Сегодня будут ступы и монастыри, тибетцы-паломники, красивые пейзажи и второй перевал. Погуляйте вместе с нами по красивейшим тибетским горам!

Поход в районе горы Амнэ-Мачин (Китай, провинция Цинхай). Часть 1

Амнэ-Мачин – самая высокая гора в Цинхае, 6282 метра. Это место поклонения и паломничества, восточно-тибетский аналог Кайласа. Далай-Лама пишет о ней в своем «Эссе о горах»: «В Тибете горы нередко считают обителью божеств. Например, Амнье Мачин, гора на северо-востоке Тибета, считается местом проживания Мачин Помра, одного из самых важных божеств Амдо – провинции, где я родился. Поскольку жители Амдо видят в Мачин Помра своего особенного друга, то многие совершают пешее паломничество к этой горе». Вокруг Амнэ-Мачин делают кору, но путь – по грунтовой дороге. Мы решили, что пересечем безымянный перевал между двумя вершинами горы: это нестандартный и более дикий маршрут.

Сурки Тибета - что означает их поведение и как их фотографировать. Животные Тибета - часть 1

В во многих местах Тибета крупных копытных вытеснили стада домашних яков, а хищников крупнее лис распугали пастушьи собаки. Мелкая живность наоборот процветает из-за снижения количества хищников. Для экосистемы такой перевес грызунов вреден, но подъем популяции пищух и сурков позволяет их очень легко фотографировать. Сурки живут в степи большими колониями. Каждая семья из нескольких сурков пасется вокруг своей норы – сурчины. Если грызун замечает опасность – кого нибудь высокого: хищника или, например, человека с фотоаппаратом он бежит к норе, но не прячется, в встает у входа повыше и начинает тревожно свистеть. Делает это он несмотря на то, что в Тибете на сурков не охотятся. Таким образом, сложно незаметно подобраться к cурку – соседи наверняка его уже предупредили.

Где родился Гэсэр из Линга?

В Тибете существует миф о бесстрашном царе Гэсэре из Линга. В него свято верят, и есть множество мест, про которые говорят: «Здесь родился Гэсэр!». Во время экспедиции в Тибет мы побывали в одном из них.

Обед в тибетском монастыре. Как кормят монахов и что они едят

Место действия – город Байюй, Сычуань, Китай. Действующие лица – все монахи байюйского монастыря. Время – обеденное.

Завершаются приготовления к обеду. Повара и их помощники бегают от котла к котлу…

От Меконга к Салуину. Часть 3: вдоль Салуина

В этой главе мы попадаем в Тибет и в одну из самых аутентичных тибетских деревень, где не бывает никого, кроме паломников. Потом спускаемся к красивейшей долине реки Салуин, по которой идем-идем-идем. Вокруг только суровые горы, а до ближайшего города, как обычно, еще далеко. Смотрите на медвежий угол Тибета.

От Меконга к Салуину. Часть 2: В Тибет через перевал Дацзя

В этой главе мы продолжаем пересекать хребет между Меконгом и Салуином по главному пути тибетцев-паломников через перевал Дацзя. Мы наблюдаем за обычаями и поведением буддистов и бонцев во время паломничества, проходим целых три перевала, чуть не вязнем в ячменной муке – цампе, рассыпанной на тропе. Никем (кроме одного снегиря) не замеченные, мы пересекаем границу Тибета и доходим до глухой и традиционной деревни тибетцев уже в бассейне Салуина.

От Меконга к Салуину. Часть 1: по коре вокруг горы Кавакарпо

Тибетцы устраивают паломничества к далеким местам поклонения. Иногда это занимает несколько дней или даже недель. Самое известное из таких мест (и среди иностранцев тоже, ну вы знаете) – гора Кайлас, но оно далеко не единственное. В прошлом году нам довелось пройти кору вокруг озера Намцо, правда, на пути мы не встретили ни одного паломника. В этот раз повезло больше – оказались в самой гуще кора-движения вокруг горы Кавакарпо.

Читайте о том, как мы пешком пересекли хребет от Меконга к Салуину и как делают кору вокруг горы Кавакарпо тибетцы-паломники.

Чайна туристо облико морале

Китайские туристы – такой же бич, как российские и индийские. Их много и с каждым днем становится все больше. Потихоньку образуются туристические гетто, где ни шагу ступить, не толкнув кого-нибудь плечом. Чаще всего они ездят организованными группами и покидают автобусы только под присмотром гида, который идет впереди и машет флажком. Посмотрите направо, посмотрите налево, туалет за углом, обедать будем в ресторане «Счастливая утка», сувениры покупать только у официальных производителей народных изделий. Привычки «организованных» китайских туристов – как и у любого нормального китайца среднего класса и ниже. Чавкать погромче (наши детсадовские воспитатели умерли бы немедленно, если бы дети во время еды издавали такие звуки), объедки выплевывать на пол, лапшу всасывать как можно громче, мусор кидать куда попало, лишь бы с собственных глаз долой, фотоаппарат с «хоботом» – прямо в лицо представителям нацменьшинств. И обязательно с собой бутылка с водой и шляпа с полями. Есть и плюсы: не пьют (или делают это по-тихому), не буянят, общественного порядка не нарушают, а скорее наоборот, по местности не разбредаются (а вдруг что?), в общем, ведут себя мирно. Отдыхают люди, вот и хорошо.

Бывают и другие китайские туристы…

Как убивают куриц в Китае

Я давно перестала испытывать шок при виде мясных туш, висящих перед кафе и магазинами, – в Азии такого предостаточно. Но именно в таких местах, где ты реально видишь, как убивают живых существ, их совсем не хочется есть. Жалко и страшно смотреть на маленького поросенка, которого разделывают прямо перед кафе: отдельно ушки, отдельно пятачки, ножки – в таз, остальное – на жаркое для клиентов, которые нетерпеливо крутят в руках палочки, дожидаясь ужина. Я решила, что не лишним будет показать, как именно это происходит, как в Азии продают мясо. Для примера (думаю, одного будет достаточно) я возьму курицу. Смотрите фотографии: как в Китае готовят к продаже курицу.

Батанг. Как живут городские тибетцы

Батанг – еще один город в Сычуани, в Ганьцзы-Тибетском автономном округе. При большом желании и стойкости к плохим дорогам до него можно добраться из Байюйя. Или из Литанга, если хочется дорогу получше. Батанг на высоте около двух с половиной тысяч, по ночам свежо, и даже днем я брала с собой пуховую жилетку – не хотела мерзнуть. От Батанга всего 30 километров до границы с Тибетом, а по сути это тот же самый Тибет, только, чтобы находиться здесь, не нужны специальные разрешения. По улицам ходят тибетцы в массивных украшениях, улочки обрамлены очаровательными охровыми домами, вокруг горы – что еще нужно для того, чтобы приятно провести несколько дней, отдыхая после очередного похода? Мы бродили по Батангу и фотографировали все подряд, а сейчас перед вами – фоторезультат этих прогулок, мой взгляд на город, на людей, на атмосферу.

Байюй - город, где живут тибетцы

Мы приехали в город с непроизносимым и не понятно как пишущимся названием Байюй, сбежав из Дэгэ из-за проблем с водой. Ни на что особо не рассчитывали, думали, да что уж там, город даже в путеводителе не описан. А оказалось, что Байюй ничуть не уступает Дэгэ, к тому же туристы там бывают еще реже. Наконец-то я готова поделиться своими фотовпечатлениями об этом приятном городке.

Три последних "доширака" или первое в мире прохождение реки Сицюй в Сычуани

«Ты уверен, что это дорога Литанг – Шангри-Ла?» – «Судя по генштабовской карте, это она». Несколько предыдущих дней мы ходили рядом с горой Геньен, по заснеженным перевалам и долинам с золотой листвой. Утомительный холодный десятидневный поход заканчивался, и мы уже мечтали о горячем душе (завтра, послезавтра?). Обсуждали, какие бисквиты выберем в первой встреченной китайской кондитерской. Наш план был таким: выйти по хорошей дороге из широкой и длинной долины (деревни есть, магазинов – ни одного), потом по шоссе за один-два дня автостопом до Шангри-Лы.

Шоссе оказалось неасфальтированной проселочной дорогой. Два грузовика и экскаватор вяло вели дорожные работы. Надежда на поток машин и быстрый автостоп увядала.

Дальше мы рассказываем о том, как вместо запланированного автостопа пошли в поход, как обнаружили серьезную ошибку на карте и из-за этого попали в абсолютно дикую местность, что происходило в процессе и чем все закончилось.

Приключения в Дэгэ и Байюйе, или До чего доводит отсутствие воды

«Приехали в Дэгэ», – радостно улыбаясь, посмотрел на меня водитель грузовика. Я оглянулась вокруг, и мои опасения подтвердились: вместо маленького захолустья я увидела большую коммунистическую стройку. Со всех сторон раздавались удары, звуки сварки и работающей электрической пилы, ворочали длинными шеями подъемные краны, практически на глазах увеличивались многоэтажные здания. Шныряли строители в оранжевых касках, а их черно-белые копии грозно взирали с плакатов на стенах и о чем-то предупреждали, наверное, о том, что нужно опасаться падения кирпича. Первые этажи зданий были заняты бессмертным купеческим сословием. Продавали конфеты, печенье и напитки в аляповатой упаковке, разноцветные куртки от дождя, рейтузы с веселым рисунком, тибетские украшения якобы из натуральных камней, седла для лошадей, молитвенные флажки, ячье масло и огромные куски сушеного мяса, пластмассовые тазы, алюминиевые чайники и все остальное, что требуется для жизни в провинциальном городе…

"Дикари" и право выбора

Попадая в далекие страны, мы видим местных жителей и иногда думаем: «Какие же они дикари? Не настоящие. Вот уже кока-колу пьют». Кажется дисгармоничным, когда после этнического представления перед камерами белых мистеров «дикари» надевают джинсы и включают мобильные телефоны: встроенной камерой так легко украдкой снять самую красивую белую мисс для своих друзей.

Не везде, конечно, происходит именно так. В мире еще много захолустных и необустроенных уголков. Их жители, возможно, совсем не стремятся остаться «настоящими дикарями». Быть может, они и порадуются, когда к ним проникнут какие-то блага цивилизации, будь то панельные дома с горячей и холодной водой на смену юртам и горным ручьям или необъезженные мотоциклы в 150 кубов вместо жеребцов.

Чем явится для такого народа очередное благо цивилизации: возможностью нагнать прогресс, стать одним из равных среди развитых народов планеты – улучшением жизни или еще одним шагом к безвозвратной потере традиций, вливанию в унифицированный и глобализированный мир с гамбургерами, чипсами и прохладительными напитками транснациональных корпораций?

Люди в Синине (часть 2)

Для меня самое главное в городе – это люди. Не музеи, не особенности архитектуры, не исторические памятники, а современные жители. Мне интересно наблюдать за ритмом их жизни: когда он ускоряется, когда затихает, как меняется при перемещении из центра на окраины. Мне нравится смотреть, как они занимаются обычными делами: ходят по магазинам, ездят на автобусах, гуляют с детьми, пекут хлеб, продают фрукты, подметают улицы, ставят благовония на входе в храм. Еще лучше немного замедлить свой собственный ход и присмотреться к тому, что стоит за всем этим. Радуются ли пекарь тому, что у его лавки собралась толпа? Как именно женщина держит на руках малыша? Сколько времени требуется, чтобы починить часы? Я хочу не просто увидеть жизнь города мельком, взглядом туриста, я хочу понять его, хотя бы чуть-чуть, насколько это возможно за имеющееся у меня время.