книга


Последствия стихии. Гималаи, Ладакх, Каракорум - глава 14

Глава 14

в которой мы трясемся в грузовике с вооруженными пограничниками, добываем из-под земли хлеб насущный, переводим «коней» в поводу через мост с дырками, боремся с наводнением, спасаемся от камнепада, возносимся на 5320 метров и возносим туда велосипеды.

Берега Шайока ниже деревни Туртук – пограничная зона, terra incognita для гражданских. Всевидящий Google Maps демонстрирует лишь «голые» спутниковые снимки и ни одной фотографии. Военного поста мы, правда, не видели: то ли все проявляют сознательность без принуждения, то ли он за поворотом. Как бы там ни было, прошлой ночью наша палатка стояла в 15 километрах от Линии контроля – государственной границы, которая де факто существует, но до сих пор не признана юридически. Она разделяет бывшее княжество Джамму и Кашмир на две части: одна сейчас принадлежит Индии, вторая – Пакистану. Индийская земля называется по-прежнему – Джамму и Кашмир. Пакистанцы выбрали другие названия: Азад Кашмир (буквально «Свободный Кашмир») и Гилгит-Балтистан. Сама граница тоже меняла имя: сначала она была «Линией прекращения огня», а нейтральное «Линия контроля» появилось в 1972 году, когда Индия и Пакистан в очередной раз пытались урегулировать свои непростые отношения.

Места, в которые трудно или вовсе нельзя попасть, всегда кажутся самыми привлекательными. В нашем тандеме это свойство психики гораздо ярче проявляется у Паши, в чем я много раз убеждалась…

Река государственной важности. Гималаи, Ладакх, Каракорум - глава 13

Глава 13

в которой мы разгадываем бюрократические загадки, находим пустыню в горах, встречаем военного альпиниста-австопощика и снова не попадаем в Пакистан.

В хорошо взбитом, нежном молочном коктейле тонут большие куски черного шоколада и льда – таков многокилометровый ледник Римо. Под ним рождается река Шайок и, пройдя через индийский Ладакх, попадает в Пакистан, где сливается с Индом недалеко от Скарду. По самому-самому северу Индии, по кромкам трескучего льда, у подножия семитысячников раньше проходили торговые пути. Сейчас там государственные границы, да к тому же спорные. Поэтому они закрыты для туристов, альпинистов и других гражданских. Попасть туда могут только военные. Самая труднодоступная, а потому интересная часть реки Шайок – выше деревни Агам. Мало кому удавалось там побывать.

Чуть западнее Римо лежит ледник Сиачен, белое одеяло которого перетягивают Индия и Пакистан (Ледник Сиачен: война альпинистов, или 28 лет на 6000 метров). В 1984 году обе страны одновременно решили, что этот участок вечной мерзлоты – нет сомнений, их исконная территория, и отправили туда войска. Прошло почти 30 лет, но партия до сих пор не сыграна. Солдаты все еще патрулируют ледник на высоте от 4000 до 7000 метров (кому как повезет), по колено в снегу и поглядывая наверх, не сойдет ли лавина, а по вечерам делятся друг с другом историями о том, какого размера вырастают манго у них на родине, где-нибудь в Карнатаке или Тамил Наду. Из-под Сиачена вытекает (Нубра, приток Шайока. На берегах обеих рек армейских частей, похоже, больше, чем обычных сел.

Наперегонки со строителями, или Снова по закрытой дороге из Леха в Падум. Гималаи, Ладакх, Каракорум – глава 11

Глава 11

в которой мы заполняем белое пятно в атласе, в которой дорога обваливается в пропасть, и мы разоблачаем тибетскую антигравитацию.

После села Нимму мы свернули на строящуюся дорогу вдоль реки Занскар – она обещала быть безлюдной и очень красивой. Этот путь когда-нибудь соединит Падум и Лех, и мы уже видели ту его часть, которая начинается в Занскаре. Теперь нам хотелось проехать до конца дороги со стороны Ладакха. Практически у самого ее начала на широкой террасе над рекой устроена плантация деревьев, и мы расположились в ней на ночлег. Ровные ряды тонких стволов аккуратно обведены оросительными каналами. Темнело, мы пили чай в ожидании основного блюда – макаронов с цветной капустой, купленной в Нимму. В темноте загорелись глаза: Паша уже обрадовался возможности посмотреть на животное, но скоро оказалось, что это машина. Она остановилась рядом с нами. Мужчина в белой рубашке и брюках стал менять на ночь систему орошения, передвигая заслонки из камней. «Будете здесь ночевать? Нет проблем. Только по каналам не ходите», – напутствовал он нас и быстро уехал, а мы остались в компании с приятным шумом листвы и непроницаемой чернотой неба.

Пыль военных дорог. Гималаи, Ладакх, Каракорум – глава 10

Глава 10

в которой мы не пересекаем границу с Пакистаном, но заглядываем туда, в которой нам приходится побывать в музее боевой славы, в которой мы встречаем истинных ариев и выясняем, сколько абрикосов в состоянии съесть человек.

Ладакх соединен с остальное Индией двумя дорогами – Манали-Лех и Шринагар-Лех, и вторая как раз проходит через Каргил. И если для путешественников это еще один удобный способ попасть в столицу буддийского княжества, то для индийцев – это, в первую очередь, возможность защищать север страны. Шоссе из Шринагара начали строить в 1962 году после индо-китайского пограничного конфликта, и до 1974 оно было закрыто для всех, кроме военных. В 1999 во время Каргильской войны именно по нему привозили войска и снаряжение. Сегодня по шоссе номер 1 (так назвали дорогу Шринагар-Лех) тянутся бесконечные военные грузовики оливкового цвета. Они завозят продукты и материалы в военные части Ладакха на всю зиму, когда эта область окажется отрезанной снегом. Немногочисленные автобусы с укачанными сонными пассажирами пробираются в столбах пыли. Они должны пропускать военные колонны и, бывает, большими группами стоят на обочине. Легковые автомобили поднимают стекла, а мотоциклисты, отдышавшись, чертыхаются и, наверное, еще долго будут вспоминать этот путь.

Неспокойный Каргил. Гималаи, Ладакх, Каракорум - глава 9

Мы продолжаем публиковать главы книги «Гималаи, Ладакх, Каракорум» о нашем велоcипедном путешествии по Занскару и Ладакху на севере Индии.

Глава 9

в которой мы попадаем в область международного конфликта, ищем подходящий караван-сарай и знакомимся с чеширским тандыром.

Близился вечер. До города Каргил, в котором мы планировали остановиться на несколько дней, оставалось каких-то 20 километров. Скоро вокруг будут продавцы абрикосов и уютные дешевые гостиницы. О чем еще может мечтать велосипедист после того, как проделал пеший путь через перевал Шинго-Ла, а потом одолел долгую дорогу из Занскара? Но километры тянулись медленно как верблюды в караване…

Каргил когда-то был важным торговым городом, в котором встречались купцы из Ладакха, Занскара и Гилгит-Балтистана, а иногда и из более далеких мест. Караван-сараи, шумные рынки, разговоры на разных языках… Но в 1947 году Индия и отделившийся Пакистан не смогли договориться о том, кому достанется Кашмир. Последовала война, после которой регион под контролем ООН был поделен между двумя странами примерно пополам. Сейчас Кашмир состоит из индийского штата Джамму и Кашмир, провинций Азад Кашмир и Гилгит-Балтистан в Пакистане, а также региона Аксайчин и части Каракорумского шоссе, контролируемых Китаем. Через старые караванные тропы теперь проходят государственные границы.

Выбираясь из песков Занскара, или Вверх, на Пенси-Ла. Гималаи, Ладакх, Каракорум - глава 6

Абсолютная тишина, гулкая и значительная. Изредка слышны птичьи разговоры и шорох своих же колес. Слоеные обрывы и горы в рубчик обрамляют узкий каньон реки Занскар. Мы возвращаемся к деревне Зангла и снова едем там, где несколькими годами раньше невозможно было пройти даже пешком.

Выезжаем обратно в широкую долину и пересекаем Занскар по пешеходному подвесному мосту около Занглы. Дорога по левому берегу – это песчаные разъезженные колеи. Грузовик поднимает за собой такую тучу пыли, что видно километров за десять. В особо мягких местах велосипед буксует и останавливается совсем. Что по дороге ехать, что по песчаной пойме – примерно одинаково. Кое-где дорогу мостят крупными камнями, но передвигаться по ним не легче, чем по песку. Навстречу – группа иностранцев налегке, и поодаль проводники с караванами везут их вещи. «Идем в Ламаюру», – отвечают они на наш вопрос. Около Падума долина поворачивает на запад, и только мы выезжаем из-за хребта, как в лицо бьет сильнейший ветер. Он не просто осыпает нас с ног до головы песком, ехать ему навстречу еле получается.

Деревня Сани: 1000 лет в тибетской глуши

Деревня Сани находится всего в нескольких километрах от Падума – столицы древнего княжества. Ни индийское влияние, ни прогресс 20 века здесь незаметны на фоне духа сельского феодального Занскара. В Сани находится один из самых старых и интересных буддийских монастырей школы Друкпа Кагью.

Первые упоминания о ступе в Сани относятся к 2 веку. Рассказывают, что под ней медитировал Наропа, знаменитый и почитаемый йогин и учитель буддизма, живший в 11 веке. Главный храм с залом построен в начале 17 века и сохранился до сих пор. Он выглядит очень-очень древним.

Внутри идет утренняя пуджа (медитация). Деятельный пожилой лама в желтой накидке поверх бордового монашеского балахона предложил нам присоединиться. Кто-то принес две подушечки, но сконцентрироваться было сложно, потому что через минуту пришел посланник из кухни с чаем. Затем лама предложил печенье и, пока мы не начали его брать с тарелочки, оглядывался и предлагал снова и снова. Получилось чаепитие под мантры, колокольчик и низкие звуки тибетских барабанов. Монахи же не отвлекались и продолжали медитировать. Им печенье приносят после медитации.

Новая дорога в никуда. Гималаи, Ладакх, Каракорум - глава 5

Глава 5, в которой инженеры рискуют жизнью, из долины реки Занскар исчезают люди, мы находим погребенный под скалой экскаватор и узнаем, какая в Индии система мер и весов.

В конце 20 века зимой на лыжах по реке Занскар прошла необычная делегация. Индийские военные инженеры с полным набором оборудования делали рекогносцировку, проводили замеры, периодически разминая замерзающие от работы с приборами на сорокоградусном морозе пальцы рук. Они были из дорожной организации, и через несколько лет началось строительство. Военная дорога вдоль нижнего Занскара и Инда должна напрямую соединить Падум и Лех, когда-то став завершающим стапятидесятикилометровым (всего-то!) участком новой дороги из Манали.

После Занглы, где старая крепость до сих пор упрямо и как будто неприступно стоит на вершине холма, едем по абсолютно пустой долине…

Буддийский монастырь Бардан-гомпа в Занскаре. Гималаи, Ладакх, Каракорум

Монастырь Бардан построен в 17 веке. Он стоит на вершине небольшого, но крутого холма, одной стороной выходя на плоскую террасу. Другая сторона прилегает к обрыву над рекой Царап-Чу. Высокий холм несколько улучшает оборону, но нельзя назвать это место крепостью: чтобы защитить монастырь, потребовалось бы очень большое войско. Только удаленность спасала Занскар от воинственных соседей, да и то не всегда.

Самое отдаленное княжество Индии. Гималаи, Ладакх, Каракорум - глава 4

Глава 4, в которой мы изо всех сил стараемся охладиться, перестаем катить велосипеды и снова едем на них, показываем юным монахам, как ставить заплатку на колесо, попадаем в центральный город Занскара и находим новый путь в Лех.

Спуски по каменистой тропе, где вполне комфортно ехать, чередуются с высокими и крутыми подъемами. Скатившись к очередному ручью-притоку, мы толкаем велосипеды вверх по узким и пыльным конным следам. Лошади, которые идут навстречу, пугаются велосипедов и наотрез отказываются обходить их, разворачиваются, прижимая уши. Приходится прислонять наших коней к крутому склону, чтобы пропустить караваны с ячменем, продуктами из цивилизации, а также туристские – с горелками, палатками, сундуками. Больше всего туристов, которых мы встретили в Занскаре, – почему-то французы. Одна из групп идет по горной тропе в туфельках и с зонтиками от солнца.

С низкого старта из Манали в Лахул. Гималаи, Ладакх, Каракорум – глава 1

Книга: «Гималаи, Ладакх, Каракорум».

Глава 1, в которой мы собираем чемоданы, сгибаем в бараний рог велосипедную спицу по колено в грязи под перевалом Ротанг, беседуем в Лахуле с пьяным индусом и доезжаем до конца асфальтовой дороги.

«Ура, туман», – сказала Тоня, проснувшись утром еще дома в Нагаре. Ехать будет прохладно. Первая остановка – Манали. Теплый моросящий дождь, мелкий как водяная пыль, даже куртку надевать не хочется. В июне, когда мы возвращались из предыдущего похода, здесь были просто толпы туристов, пекло, суета, отчего у нас после горного воздуха и безлюдных стоянок сразу разболелась голова. Мы буквально протискивались на велосипедах через строй беспорядочно гуляющих, не замечающих ничего вокруг и занятых неизменным разговором индийцев, ведь в Индии не принято уступать дорогу даже громко сигналящим грузовикам. Сейчас туристы уже схлынули: свадебный сезон мая-июня закончился, и нас уже никто не толкает плечами, когда мы едем на велосипеде по главной улице.