культура


Сальвар-камиз: индийская жизнь мусульманской одежды

«Штаны — узкие, рукав — три четверти, разрез — чуть выше середины бедра. Теперь нужно снять мерку?» Улыбчивая плотная женщина суетилась вокруг меня с портновским метром, параллельно записывая «показания». В полумраке за ее спиной стрекотали швейные машинки. Когда я окончательно определилась с шириной рукавов и формой горловины, швея выдала мне ярко-розовую бумажку, на которой значилась дата, когда будет готово, и цена — 120 рупий (2,5 доллара). Проводив взглядом пакет с тканью, я вышла из ателье. Через три дня будет готов мой первый сальвар-камиз.

Ручная работа

В километре от модного бутика пристроился сарайчик, в котором шьет сальвар-камизы местный портной, и это не «эксклюзивный пошив от модного дизайнера», а обычная услуга для самых простых горожан. Если молодой жене нужны серьги, муж ведет ее к знакомому ювелиру, а не в сетевой магазин. Супермаркеты стоят полупустые несмотря на «цены ниже государственных», зато на рынках всегда полно народу – как-никак приятно побродить по рядам, покричать, поторговаться, переброситься словечком со знакомыми. Камни дробят не специальным аппаратом, а кувалдой, сидя на обочине дороги. И хотя города постепенно попадают в окружение заводов, в магазинах становится все больше кока-колы и бульонных кубиков, а местные жители все чаще надевают футболки и джинсы, еще осталось много такого, что придает Азии тот самый шарм.

Говорят, в дорогих итальянских ресторанах Москвы есть машина для «пасты собственного изготовления». Ее прототип успешно используют в Лхасе. В несколько приемов раскатывают лист теста, а потом делают из него тонкую лапшу. Ее добавляют в острый мясной суп «тукпа» или обжаривают с овощами и мясом. Похожие устройства есть в Индии, Непале и некоторых регионах Китая.

В Покхаре мы периодически видели худых до дистрофии людей со странной штукой, отдаленно напоминающей лук. Они медленно перемещались по улицам и громко тренькали единственной длиннющей струной. Что это? Музыкальный инструмент? По внешнему виду мы так и не смогли догадаться. А потом я случайно узнала, что это орудие называется «дхунки» (dhunki) и служит для взбивания и [...]

Велопоход 4 категории сложности в Индийских Гималаях: Куллу, Киннаур, Спити, Лахул

В мае-июне 2011 года состоялось первое из наших путешествий на велосипеде по северу Индии. За 30 дней мы преодолели больше 1000 километров горных дорог, часть из которых была закрыта снегом. Мы уже подробно описали все этапы этого путешествия, а сейчас пора рассказать то, что относится к маршруту в целом: почему мы выбрали именно этот регион; чем руководствовались при планировании похода; какой в точности путь удалось проехать; с какими бытовыми и техническими моментами мы столкнулись; о раскладке и снаряжении. Также мы приводим подробную карту района и описание категорийных препятствий.

Чем живет непальское село

Непал населен множеством народов, представляющих собой смесь тибетских и индийских этносов в различных пропорциях. Хозяин нашего дома в Покхаре принадлежит к народу гурунг – одному из тех, которых обобщенно называют гурками. Они живут в предгорьях центрального Непала, в том числе вокруг Покхары. Мы ездили вместе с ним в деревню, где наблюдали за птицами и, конечно, за жизнью самого села, о чем я и рассказываю в этой статье.

По следам тибетских караванов

Китай и индийский штат Химачал-Прадеш разделены хребтом высотой более 5000 метров. Через него прорывается река Сатледж, окруженная непроходимыми теснинами. Высоко над ней проходит древний индо-тибетский торговый путь. Караваны мулов с шелком, шерстяными шалями, чаем и солью шли по узкой тропе, вырубленной в цельной скале, кое-где почти отвесной. В XX веке построили шоссе, пролегающее параллельно. В некоторых местах старая и новая дороги пересекаются, например, на четырехкилометровом перевале Шипки-Ла – одной из немногих точек Индии, откуда можно заглянуть в Тибет. Это моя статья, опубликованная в журнале «Всемирный следопыт» в номере 7/2011.

Монастырь Табо: тибетский буддизм 1000 лет назад

Мы в деревне Табо, которая знаменита древним буддийским монастырем. Вокруг теснится несколько темноватых кафе и гест-хаусов, а за ними – обычные тибетские домики, окруженные тополями и ивами. Подбежали дети и стали выпрашивать «чоколейт» и «мани» (не тех, которые «пеме хунг», а тех, что «уан доллар»). Шаркая ботинками, идет старушка с длинными спутанными черными волосами. На лавочке примостились двое парней с нашивками на куртках «свободный Тибет» в виде желтого солнца с синими и красными лучами, поднимающегося из-за белой вершины. На плоской крыше одноэтажного дома о чем-то спорят хозяева-соседи, то и дело поправляя молитвенные флаги, развевающиеся на ветру.

К высокому порогу одного из жилищ приставлена лестница из четырех ступенек, чтобы детям и пожилым было удобнее подниматься. Кое-где во дворах – машины не больше «оки» или мотоциклы с белыми ритуальными шарфиками «хадак» на руле. Везде со столбов тянутся провода, но почти у каждого на крыше есть и собственная солнечная батарея – видимо, здесь часто отключают свет. Деревня расположена на широкой террасе у реки, и жители максимально используют землю, пригодную для выращивания: за домами сразу начинаются поля. В глубине деревни – большой монастырь.

«Табо – крупнейший монастырь Спити, построенный в то время, когда Индия и Тибет вместе распространяли буддизм в Гималаях», – пишет Далай-Лама XIV.

Пативрата (идеальная индусская жена) должна умереть раньше мужа; если же первым умирал муж, то виновной в этом считалась его супруга, вернее, ее несовершенство. Женщине из высших каст предписывалось совершить сати – добровольное самосожжение на погребальном костре мужа. После того как в 1829 г. обряд был официально запрещен, вдова оставалась живой только формально. Уже ее внешний [...]

Дивали в Покхаре совершается скромно. Ни тебе фейерверков и петард, ни всеобщих массовых гулянок до двух часов ночи, ни красочных хороводов перед храмами, ни вальяжных разукрашенных слонов. Но праздник чувствуется! В кондитерских – столпотворение. В дополнении к обычным витринам поставили столы, а на них – все индийско-непальские сладости, какие только можно представить. К притягательным пирамидам [...]

Книги в путешествии - что читать

Сейчас, в длительном путешествии, я читаю больше, чем когда жил в Москве. Почему? Видимо, остается больше свободного времени, а отвлекающих от чтения пустяковых мыслей и неважных дел стало меньше. Но выбрать хорошую книгу как было трудным делом, так им и остается. Поэтому я решил опубликовать список недавно прочитанного – из того, что мне понравилось или показалось полезным. В списке в основном художественные произведения, но и упомянутые естественно-научные, на мой взгляд, заслуживают внимания.

В гостях у деревенских учителей

Реконг Пео (местные сокращают до «Пео»)- административный центр Киннаура – по-индийски шумный и пестрый городок на склоне горы. Где-то здесь проходит виртуальная религиозная граница: ниже по Сатледжу живут в основном индуисты, а выше – буддисты. Встречаются и мультирелигиозные храмы, когда Шива становится соседом Будды, а в чертах индуистского орнамента красуются 8 благородных символов буддизма. Интересно наблюдать, как сменяют друг друга, переплетаясь, две культуры…

Первая сычуаньская деревня и тибетский праздник. Пешком из Цинхая в Сычуань, часть 4

Наконец мы выходим в цивилизацию, и первая сычуаньская деревня встречает нас магазинами, куда съехались за продуктами уже знакомые нам кочевники. На следующий день в чистом поле нас позвали на тибетский праздник, который проводился в двух палатках. Более красиво одетых тибетцев мы еще никогда не видели! Все женщины и мужчины в шляпах, улыбаются, едят, разговаривают, дети резвятся, в общем, значительное событие для живущих вдалеке друг от друга пастухов-кочевников.

В гостях у тибетцев-кочевников. Пешком из Цинхая в Сычуань, часть 3

Мы прошли безлюдные горы и теперь спускаемся в Сычуань. В долинах появились многочисленные стойбища кочевников. Их хозяева более гостеприимны и открыты, чем амдосские пастухи, и приглашают нас в гости в свои палатки. Мы наблюдаем, как они живут, готовят еду, гоняют яков, воспитывают детей и невольно приносим себя в жертву обильным и жирным угощениям.

Две киннаурские деревни: Сангла и Кальпа

12 мая

Мы остановились в нижней части Санглы – новом поселке с разномастными безвкусно окрашенными бетонными домами и множеством магазинов. Выше на холме виднелась сказочная деревня, которая, похоже, не так сильно затронута цивилизацией. Туда мы первым делом и отправились, с трудом шевеля ногами после вчерашнего подъема. Обогнали компанию индийских туристов, которые, похоже, были способны передвигаться только на автомобиле: поднимаясь по лестницам, они отдыхали на каждой третьей ступеньке.

Деревня действительно оказалась старой и колоритной. Ни одного гест-хауса, ни одного магазина, нет автомобильной дороги: все продукты местные жители приносят пешком. Мы бродили по узким мощеным улочкам, разглядывали резные двери и оконные рамы, ручные ткацкие станки и крытые сланцем крыши, фотографировали цветущие яблони и ящериц-агам, греющихся на раскаленных камнях…

Три аспекта индийской культуры

Я написал три рассказа, иллюстрирующие три аспекта индийской коммуникации, с которыми путешественник сталкивается почти сразу. Один из них про «фирменное» индийское покачивание головой, которое ни «нет», ни «да». Про которое не знаешь, что думать: все в порядке или нет, или где-то ошибка, или кто-то недоволен. Другой про поиски нужного дома в хаотичном индийском городе, наполненном жителями, которые когда не знают, всегда укажут не туда. И еще один про то, что, попросив чего-то, стесняясь стоять и ждать – это совсем не продуктивный подход в Индии.

Архитектура в Тибете - 2

Мы уже писали о том, как выглядят традиционные тибетские дома. Тогда речь шла о центральном Тибете, где каждое здание – миниатюрная Потала, эдакая глиняная крепость с окошками-бойницами. Белые стены, черные контуры на окнах, лаконичные орнаменты – обычное жилище в тех краях. Осенью 2010-го мы побывали на юго-востоке Тибета, и сначала даже в глазах зарябило. Все дома – деревянные! Ярко окрашенные, да с пестрыми узорами. Мы в Тибете??

Как строят тибетские ступы

Когда идешь по Тибету, то и дело по пути встречаешь старинные ступы. Они сооружены из камня-плитняка и обмазаны глиной. А иногда тибетская ступа – это всего несколько камней, в которых все же можно угадать канонические контуры. Несмотря на сухой климат, обмазанные глиной ступы постепенно разрушаются и вид у них очень древний. На смену им появляются новые. В Тибете по традиции строят восемь видов ступ. Подробные их описания содержат множество деталей конструкции и строгие пропорции элементов. Каждый вид обладает своей собственной символикой и значением. Впрочем, если не знать об этом, можно со стороны и не заметить разницы.

Тибетский праздник

Однажды на северо-востоке провинции Сычуань мы случайно попали на тибетский праздник. Просто шли по дороге, вокруг были горы, тишина, спокойствие – и никаких признаков людей. Потом завернули за очередную гору и видим: собрались красиво одетые, чистые, причесанные и умытые люди. А это в Тибете редкость: обычно они ходят в грязной одежде, да и расческой пользуются явно не каждый день. Оно и понятно, не так-то легко стирать вещи и мыться, когда пальцы в воде замерзают за секунду.
Так вот, мы еще издалека поняли: что-то тут неладно тибетцы собрались по особому случаю. Может, приехал уважаемый лама. Или настал какой-нибудь важный праздник. А когда добрались до основного сборища… Ух, что тут началось.

Больной зуб и традиционная тибетская медицина

За неделю до этого случая у меня заболел зуб. Мы путешествовали по далеким уголкам Цинхая, и не планировали срочно навещать стоматолога. Вскоре мы пришли в монастырь, где смогли убедиться в том, что традиционная тибетская медицина до сих пор существует. Читайте о том, как это было.

Как учат школьников в Малайзии

В Кота-Кинабалу мы снимали комнату у китаянки Ли. Она аспирантка, изучает детскую психологию. По вечерам Ли проводила домашние уроки для школьников, а мы подглядывали.

Как мы лечили местных жителей в Лаосе

Однажды в Лаосе мы ехали на мотоцикле по очень глухой дороге. Асфальтом там и не пахло. Мы прыгали из одной ямы в другую и маневрировали мимо камней. Показалась пыльная деревушка. У старенькой деревянной избы на курьих ножках сидели бабушка с внучкой, и мне очень захотелось их сфотографировать. Но не могу же я просто слезть с седла, подойти поближе и щелкнуть. Сначала нужно установить контакт. Я спешилась, подошла поближе, присела, жестом поздоровалась. Рассказала, куда и откуда мы едем. Женщины немного расслабились, и я уже взялась за камеру. Но тут бабушка подозвала меня к себе. «Рука болит», – с жестом отчаяния она схватилась за руку и стала ее мять, показывая мне, где болит.

Где родился Гэсэр из Линга?

В Тибете существует миф о бесстрашном царе Гэсэре из Линга. В него свято верят, и есть множество мест, про которые говорят: «Здесь родился Гэсэр!». Во время экспедиции в Тибет мы побывали в одном из них.

Обед в тибетском монастыре. Как кормят монахов и что они едят

Место действия – город Байюй, Сычуань, Китай. Действующие лица – все монахи байюйского монастыря. Время – обеденное.

Завершаются приготовления к обеду. Повара и их помощники бегают от котла к котлу…

Как Северное Борнео стало частью Малайзии и почему Бруней не стал

Раньше считалось, что первые жители Борнео пришли с материковой части Азии, аналогично флоре и фауне острова. Генетические исследования 2002 года говорят, что заселение людей шло в обратном порядке: самые древние предки местного населения приплыли сюда из Африки более 40 тысяч лет назад, заселили острова, затем около 13 тысяч лет назад расселившись на Малаккский полуостров. Прямые потомки этих людей – низкорослые негрито, живущие до сих пор в парке Таман Негара в Малайзии и еще кое-где (на Филиппинах, Андаманских островах), но вообще об этом древнем расселении мало что известно. Но негрито – это только начало, дальше было интереснее и остросюжетнее.

От Меконга к Салуину. Часть 1: по коре вокруг горы Кавакарпо

Тибетцы устраивают паломничества к далеким местам поклонения. Иногда это занимает несколько дней или даже недель. Самое известное из таких мест (и среди иностранцев тоже, ну вы знаете) – гора Кайлас, но оно далеко не единственное. В прошлом году нам довелось пройти кору вокруг озера Намцо, правда, на пути мы не встретили ни одного паломника. В этот раз повезло больше – оказались в самой гуще кора-движения вокруг горы Кавакарпо.

Читайте о том, как мы пешком пересекли хребет от Меконга к Салуину и как делают кору вокруг горы Кавакарпо тибетцы-паломники.

Передвижной базар в лаосской деревушке

В северном Лаосе села разбросаны по тропическому лесу и холмам, занимая редкие ровные площадки среди полудиких плантаций бананов, каучука, фруктов. В провинции Пхонгсали живет более 40 различных народов, и даже жители соседних сел часто выглядят по-разному.

Села очень простые, по российским меркам дома легко принять за временные жилища, никаких магазинов, естественно нет. Всю еду добывают сами: рис, бананы, свинину, белок и крыс (ловят в лесу).

Но иногда в глухое село приезжает целый караван грузовиков и в этот день с самого утра начинается что-то удивительное.

Чайна туристо облико морале

Китайские туристы – такой же бич, как российские и индийские. Их много и с каждым днем становится все больше. Потихоньку образуются туристические гетто, где ни шагу ступить, не толкнув кого-нибудь плечом. Чаще всего они ездят организованными группами и покидают автобусы только под присмотром гида, который идет впереди и машет флажком. Посмотрите направо, посмотрите налево, туалет за углом, обедать будем в ресторане «Счастливая утка», сувениры покупать только у официальных производителей народных изделий. Привычки «организованных» китайских туристов – как и у любого нормального китайца среднего класса и ниже. Чавкать погромче (наши детсадовские воспитатели умерли бы немедленно, если бы дети во время еды издавали такие звуки), объедки выплевывать на пол, лапшу всасывать как можно громче, мусор кидать куда попало, лишь бы с собственных глаз долой, фотоаппарат с «хоботом» – прямо в лицо представителям нацменьшинств. И обязательно с собой бутылка с водой и шляпа с полями. Есть и плюсы: не пьют (или делают это по-тихому), не буянят, общественного порядка не нарушают, а скорее наоборот, по местности не разбредаются (а вдруг что?), в общем, ведут себя мирно. Отдыхают люди, вот и хорошо.

Бывают и другие китайские туристы…

Мировая культура в Китае. Русские книги в китайском издании

Мы ходили по книжным магазинам в Китае и среди книг, нашли несколько знакомых нам. Если исключить «китайско-русский разговорник для приграничной торговли», который китайцы зачем-то читают, когда нечего делать, остается еще целая коллекция жемчужин мировой (и русской) художественной литературы на китайском, уйгурском и тибетском языке. Я собрал фотографии известных русским людям обложек книг. Гоголь, Пушкин, Достоевский и Хрущев иероглифами.

Церемония Одалан - отмечаем день рождения храма

«Завтра мы будем готовиться к церемонии. Около полудня все соберутся, будет семейный обед. Вы едите мясо?» – спросил Агунг, наш хозяин. «Вообще-то стараемся не есть… Но вас это не должно беспокоить, мы разберемся сами. А что за церемония?» – «Мы устраиваем ее раз в полгода. Собираемся всей семьей в домашнем храме, приглашаем богов, угощаем их, молимся за благополучие нашей семьи и всего мира, очищаемся». «А как называется?» – мы не прекращали расспросы. «Одалан».

Читайте мой фотоотчет о том, как мы участвовали в традиционной балийской церемонии.

Балийская церемония кремации в Убуде

Балийцы – индуисты, но довольно странные: здешняя религия – коктейль из индуизма и буддизма, приправленный древними местными верованиями. Но в том, что касается смерти, правила для всех индуистов едины: обязательна кремация тела после смерти. Во время традиционного обряда (мы видели его в Непале и в Индии) тело заворачивают в ткань и сжигают на погребальном огне. Вчера (15 июля 2010) нам представилась возможность посмотреть, как это происходит в Индонезии, на острове Бали.