пешие походы


Горы как пирожные. «Детский» поход в Ладакх и индийские Гималаи (часть 3)

Широкие, пологие склоны в Чангтанге и на хребте Карзок напоминали высокогорную равнину Тибета. Там были удивительные ландшафты, созданные вечной мерзлотой и сухим морозным ветром. Вскоре — пешком можно дойти — их сменили совсем другие виды хребта Занскар. Вокруг поднялись скалы, похожие на пирожные из смятого слоеного теста. Бежевые, кофейные, бордовые, коричневые и фиолетово-шоколадные оттенки дополняли ассоциации с кондитерскими изделиями.

Мы запланировали спуститься по этому ущелью и выйти к реке Зара, но сначала нам самим предстоит узнать, проходимы ли прижимы. Даже маленькие тропы хорошо сохраняются в сухом климате Ладакха и не разрушаются десятилетиями, но в этой местности не оказалось ни одного намека на то, что здесь когда-то могли ходить люди.

Пятитысячная степь. «Детский» поход в Ладакх и Индийские Гималаи (часть 2)

Равнина Море — широкая сухая долина выше 4500 метров. Это одно из самых высоких и ветреных мест на дороге Манали–Лех. Из-за ветра машины стараются проехать его, не останавливаясь. Водители индийского грузовика удивляются, когда мы говорим, что хотим здесь выйти. Это прямо под безымянным перевалом на перемычке между равниной Море и впадиной озера Кар (Цо Кар). До перевала всего 150 м подъема по пологому склону. Мы пересекаем песчаную равнину и в лучах вечернего солнца поднимаемся по красивому цветущему высокогорному лугу. С другой стороны хребта — крутой трехсотметровый спуск над впадиной озера Кар.

«Детский» поход в Ладакх и Индийские Гималаи. Часть 1: Опасная река

Горы между высокими, но плоскими равнинами Ладакха и Чангтанга и зелеными ущельями Чандры-Бхаги не населены. Зимы здесь слишком суровы для жизни. Снега на перевалах по полгода охраняют эти места со всех сторон. Туристы здесь почти не ходят: их маршруты с ладакхцами-проводниками — на нескольких хорошо известных тропах, где раньше шли караваны: из Ладакха в Занскар и в Чангтанг, и в села в ближайших долинах. Только летняя военная дорога из Манали в Лех пересекает эти пустые горы. Она построена в конце 20 века и даже на советских картах генштаба не обозначена.

В этих местах мы втроем и устроили «детский» горный поход летом 2016 года.

К горе Део-Тибба в Индийских Гималаях

В Индийских Гималаях в хребте Пир-Панджал находится гора Део-Тибба высотой ровно 6000 метров. Мы сейчас живем в долине Куллу поблизости и в мае 2016 решили сходить к ней в трехдневный поход. Чтобы подняться на вершину, нужно альпинистское снаряжение, а к подножию на высоте 4000 метров добраться пешком. В походе мы были втроем, с Лёвой, нашим двух с половиной летним сыном. Получился фоторепортаж о походе и об этих живописных горах, а еще о нашем опыте с печкой-горелкой Solo Stove Titan.

Поход по зимнему Крыму в заметках

Наш январский поход по Крыму начался с прогноза погоды. В первых числах обещали лёгкий минус, к 9 января должно было прогреться до +10. Перед отъездом из Москвы я выложила из рюкзака второй флисовый свитер: зачем он мне, в Крыму ведь яблони цветут тепло.

31 декабря в 7 вечера мы вышли из машины на берегу Чёрного моря. Было темно, холодный ветер прокусывал гортексовые куртки. Поёжившись, мы начали искать фонарики и тёплые перчатки. Михалыч, наш питерский товарищ, резюмировал: «Если бы мои друзья всё-таки согласились поехать, они бы меня сейчас убили».

Поход мы решили начать с новогодней днёвки в урочище Ач-Кая неподалёку от мыса Меганом. Летом туда съезжаются хиппи, эзотерики и прочие приверженцы отрыва от цивилизации. Кто-то из нас даже немного опасался ехать в место с такой славой. Но вечером 31 декабря, пролезая с рюкзаками через негабаритный участок на тропе (с одной стороны нависала скала, а с другой было что-то похожее на двухсотметровый обрыв), мы поняли: место стоящее.

Радуги и туманы: горный поход по Северной Осетии

Постовой вернулся с конфетой, которой угостил Лёву, и фотоаппаратом, которым сделал снимки нас и наших документов. «По дороге на перевал зайдите на заставу», – попросил он. Потом протянул пластиковую бутылку: «Возьмите воды. Полезная! Скоро будет источник, ещё наберите!»

Дорога была слишком хороша для такой отдалённой местности. Пока мы обсуждали, как бы побыстрее миновать признаки цивилизации, навстречу протарахтели два грузовика. За поворотом оба водителя остановились набрать воды из сернистого минерального источника. Мы отпили из пограничной бутылки: оздоровления не ощутили, на вкус – горьковатая.

Через 4 километра после поста – внушительная застава, как в Дзинаге. Постучали в первые ворота – реакции нет. У вторых ворот уже ждал пограничник. Осмотрев нас от ботинок до кепок, он рассказал, что на Куртатинском перевале (1А, 3287 м) сейчас много снега, а мостик через реку Закка перед подъёмом на перевал – слишком хлипкий, «ну а вброд вы точно с ребёнком не рискнёте». По его мнению, нужно было пересечь Закку по мосту в маленьком селении сразу за заставой, чтобы дальше идти к перевалу по правому (орографически) берегу. На левом берегу – дорога, на правом, судя по карте, нет даже тропы, зато есть прижимы. Как быть?

Можно подняться, но нельзя спуститься: горный поход по Северной Осетии

Знакомство с Жориком так и не состоялось. Мы оказались в незавидном положении: заброска по-прежнему лежала в Дзинаге, еда почти закончилась, подгузников оставалось ровно на два дня – а ближайший по пути магазин как назло был в 15 км, причём по прямой через горные вершины, а не по дороге. После Дунты мы планировали пересечь перевал Саварафцаг (н/к, 2500 м), спуститься в долину Ардона, дойти до альплагеря «Цей» и отдохнуть там денёк-другой.

Мы могли, конечно, как-то съездить в Дзинагу и забрать наши продукты. В этом случае пришлось бы искать машину до развилки дорог между Дзинагой и Дунтой, затем машину до Дзинаги и потом такие же машины в обратном направлении, что вряд ли заняло бы меньше дня в этой глуши.

Немногим быстрее было бы объехать крюком в пару сотен километров через равнину, тоже с пересадками, и сразу добраться до «Цея». «Может, все-таки пойдём на Саварафцаг? Тут недалеко!» – Паша как обычно предлагал самое смелое решение.

Что мы берём в осенние походы с ребёнком

«Мы не ходим в походы с детьми, потому что физически не в состоянии тащить одновременно и детей, и огромные рюкзаки», – говорят одни. «Тяжело, но в разумной степени», – считают другие. У нас вне зависимости от вида похода вес сейчас распределяется так: один несёт полуторогодовалого Лёву в мягкой переноске, второй – всё остальное в большом рюкзаке, даже если идём только на выходные. Собираясь в лесной поход на три дня поздней осенью (температура от -10 до 0 градусов), мы точно взвесили и описали всё содержимое нашего рюкзака.

По ледникам и по лугам с четвероногим спутником: горный поход по Северной Осетии

Мы продолжаем рассказывать о нашем походе в июне 2014 по горам Северной Осетии. По ссылке — начало отчёта

К утру снежная буря уступила место деликатному дождику. Проснувшись, Лёва ринулся к выходу из палатки. Мы еле успели удержать его, чтобы натянуть непромокаемые штаны и куртку. Негодующий плач вертящегося Лёвы заставлял нас перепоручать этот процесс друг другу: «Я пойду за водой… а ты одень ребёнка!»

Вчерашний подъём на поляну Нахашбита «в лоб» без тропы нам не понравился, и спускаться мы для разнообразия решили по другому пути…

Цветы и грозы: горный поход по Северной Осетии

В июне 2014 года мы ходили в горный поход по Северной Осетии. Некоторая необычность этого путешествия состоит в том, что одним из участников был наш годовалый сын. С расчетом на него мы выбрали не слишком сложные препятствия, а походный режим подгоняли под его периоды сна и бодрствования. Во всём остальном это был классический горный поход, о котором мы сейчас и хотим рассказать.

Вело, водный или пеший: в какой поход пойти с ребенком до года и после

Лёва участвует в походах с младенчества. В первом ПВД мы отпраздновали его полтора месяца и с тех пор ходим регулярно. Ещё до его рождения мы гадали, как будет лучше: на велосипеде или на байдарке? Или, может быть, пешком? Сейчас Лёве чуть больше года. У нас накопился некоторый опыт, и мы хотим поделиться своими соображениями о том, какой вид походов предпочтительнее для таких малышей.

Каменистый мир. По Ликийской тропе зимой с младенцем

Мы продолжаем рассказывать про наш новогодний поход на юге Турции в январе 2014. Первая часть – здесь.

Каякой – городок, покинутый полвека назад, как будто замороженная во времени картинка. Изначально, с 18-19 веков, это было поселение греков в прибрежных горах. В начале 20 века после поражения Греции во Второй греко-турецкой войне (1919 – 1922) между странами начался принудительный обмен населением. На первый-второй рассчитывались по религиозному признаку: из Греции выселяли мусульман, Турцию должны были покинуть христиане. Так Каякой оказался заброшен. А в 1957 году он пострадал от землетрясения и стал окончательно непригоден для жизни. Рядом на равнине появилась турецкая деревня (тоже Каякой), а покинутый город стал музеем. Вход – по билетам, но зимой посетителей мало, кассы закрыты.

Средиземноморские леса: по Ликийской тропе зимой с младенцем

Полноценный поход в горах. Зимой. С ребенком, которому едва исполнилось полгода. Идея сначала казалась невероятной. В какой-то момент мы даже думали сделать эту поездку «цивилизованной»: проводить большую часть времени в городах и перемещаться между ними на общественном транспорте. Но если хочешь в горы, то, как ни старайся, все равно в них окажешься. Да и зима довольно условная: температура в январе на южном берегу в Турции – точь-в-точь как в апреле в Москве. Почему бы и нет?

Клюквенно-болотный ПВД с младенцем

Суббота, девять утра. Мы едем в поход выходного дня в Тверскую область. На узкой багажной полке электрички громоздится 80-литровый рюкзак с вещами для нас и для двух с половиной месячного Левы. Палатка, спальники, кастрюля, цепная пила… подгузники, влажные салфетки, игрушечный лев, ползунки. Маленький мальчик проснулся и, улыбаясь, лежит на пашиных коленях. Сидящая рядом женщина не прочь посмотреть на умилительного Леву, но отводит глаза каждый раз, когда я поднимаю свои. В России так принято.

К снежной горе Гьеньен. Путешествие по Южной Сычуани, часть 3

После разведки Розовой долины и заснеженного перевала мы спустились к месту слияния долин и поднимаемся теперь по правому по ходу движения притоку. Здесь в лесу яками набита хорошая тропа, выше на лугу караван разбредается. То и дело идем по знакомым нам сухим кочкам. Дрова закончились, налетает ветер. Мы все же нашли немного хвороста и развели костер. Перевал Рати на карте, вероятно, обозначен неправильно. Слабая тропа идет к более восточной седловине, которая ниже на 130 метров и по-видимому представляет собой логичный проход между долинами рек Динцюй и Сицюй. Один из пастухов также показал нам на эту седловину. Мы назвали этот перевал Рати Восточный (4974 м). Подъем по крутому травянистому склону (тропы практически нет), от долины, идущей к перевалу Рати в долину маленького ручейка, далее по пологой караванной тропе прямо на перевал. Внизу с перевала виден отличный сосновый лес. Дальше широкая долина теряется вдали. Начинается снегопад и даже близкой вершины горы Гьеньен не различить, хотя в ясную погоду на перевале было бы отличное наблюдательное место.

Вверх по Розовой долине. Поход по южной Сычуани, часть 2

Из гор Дашошань мы спустились в долину реки Динцюй. Среди зеленых елей – большая желтая равнина с редкой высокой травой. Посередине абсолютно пустая деревня: ни дымка, ни души, все ворота заперты, но дома выглядят жилыми. В Тибете мы то и дело встречали такие оставленные деревни: в них пастухи живут зимой, а остальное время проводят в балаганах на верхних пастбищах. Сейчас только сороки сидят на высоких шестах, из которых устроены сушилки для сена. Началась тропа, которая перешла в плохонькую, но проезжую грунтовку. Дождь моросит еще со вчерашнего дня, руки задубели, среди желто-зеленых блестящих кустов пытаются петь мокрые взъерошенные птицы. В долине начинается ливень с мокрым снегом – редкое явление. Наши теперь уже условно непромокаемые куртки текут как решето. Впереди через проливающуюся тучу еле видно золотую крышу буддийского храма.

Из Батанга в горы Дашошань. Поход по южной Сычуани, часть 1

Батанг остался позади. А вместе с ним и сочные яблоки, и нежный ароматный инжир, и сладкая хрустящая морковь, и другие лакомства, от которых ломились прилавки на рынке. Еще спал портной, сшивший вчера «слоновью ногу» – утепленный синтепоном мешочек-вкладыш для ног внутрь спальника, он пригодится нам для по-тибетски холодных ночей. В полном составе храпел отряд международной полиции, призванный не пускать иностранцев, в том числе и нас, через границу Тибетского автономного района, находящуюся в нескольких километрах от Батанга. По спящим улицам мы уходили, но не в запрещенную страну буддизма, а начиная поход вдоль ее длинной, гористой, покрытой лесом и неимоверно красивой границы.

Лишь нитка шоссе, петляющая по ущелью над рекой, соединяет городок с остальным Китаем. Вокруг же бесчисленные долины, в лесах которых правят филин, леопард и волк. Мы направляемся к шеститысячнику – горе Гьеньен, попытаемся пересечь более чем пятитысячной высоты перевал в ее плече, будем шлепать километры по теплой грязи горячих источников, среди яков, греющих свою шкуру теплой водой под падающим снегом. По пути в Сянчен и Шангри-Лa пройдем непроходимое ущелье реки Сицюй (о последнем мы еще не догадывались).

Первая сычуаньская деревня и тибетский праздник. Пешком из Цинхая в Сычуань, часть 4

Наконец мы выходим в цивилизацию, и первая сычуаньская деревня встречает нас магазинами, куда съехались за продуктами уже знакомые нам кочевники. На следующий день в чистом поле нас позвали на тибетский праздник, который проводился в двух палатках. Более красиво одетых тибетцев мы еще никогда не видели! Все женщины и мужчины в шляпах, улыбаются, едят, разговаривают, дети резвятся, в общем, значительное событие для живущих вдалеке друг от друга пастухов-кочевников.

В гостях у тибетцев-кочевников. Пешком из Цинхая в Сычуань, часть 3

Мы прошли безлюдные горы и теперь спускаемся в Сычуань. В долинах появились многочисленные стойбища кочевников. Их хозяева более гостеприимны и открыты, чем амдосские пастухи, и приглашают нас в гости в свои палатки. Мы наблюдаем, как они живут, готовят еду, гоняют яков, воспитывают детей и невольно приносим себя в жертву обильным и жирным угощениям.

Четырехкратные первопроходцы. Пешком из Цинхая в Сычуань, часть 2

Продолжаем рассказывать о нашем длительном походе между провинциями Цинхай и Сычуань по безлюдным горам. Сегодня будет четыре впервые описанных перевала, очень много диких долин и тибетского неба с его масштабными погодными явлениями, от последствий которых мы будем прятаться в вязанной из шерсти, а значит, протекающей палатке.

По холмам Амдо. Пешком из Цинхая в Сычуань, часть 1

На границе провинций Цинхай и Сычуань между долинами рек Хуанхэ и Ялунцзян, вдоль которых идут автомобильные дороги, несколько хребтов разделяют долины, где все еще живут тибетские пастухи-кочевники, где нет магазинов, шоссе и туристических достопримечательностей. Туда мы и направились после похода на гору Амнэ-Мачин.

Поход был несложным в техническом плане, но богатым на первопрохождения. Мы прошли и впервые описали 5 перевалов высотой более 4000 метров. Маршрут интересен тем, что соединяет две китайские провинции, две дороги и долины двух крупных рек, проходя по малонаселенным и глухим места, совершенно избегая проезжих автомобильных дорог.

Озеро Яшилькуль на Памире

Cочная дынная Киргизия, геометрические орнаменты Узбекистана, дружелюбный Таджикистан… Я смотрю в окно на индийские Гималаи, и кажется, что это привет из прошлой жизни. Но Киса и Ося там действительно были. Спустя почти два года, я хочу поделиться фотографиями с Памира, из нашего походика к озеру Яшилькуль.

Поход в районе горы Амнэ-Мачин (Китай, провинция Цинхай). Часть 2

Продолжаем рассказывать и показывать фотографии из похода в районе горы Амнэ-Мачин в Восточном Тибете. Сегодня будут ступы и монастыри, тибетцы-паломники, красивые пейзажи и второй перевал. Погуляйте вместе с нами по красивейшим тибетским горам!

Поход в районе горы Амнэ-Мачин (Китай, провинция Цинхай). Часть 1

Амнэ-Мачин – самая высокая гора в Цинхае, 6282 метра. Это место поклонения и паломничества, восточно-тибетский аналог Кайласа. Далай-Лама пишет о ней в своем «Эссе о горах»: «В Тибете горы нередко считают обителью божеств. Например, Амнье Мачин, гора на северо-востоке Тибета, считается местом проживания Мачин Помра, одного из самых важных божеств Амдо – провинции, где я родился. Поскольку жители Амдо видят в Мачин Помра своего особенного друга, то многие совершают пешее паломничество к этой горе». Вокруг Амнэ-Мачин делают кору, но путь – по грунтовой дороге. Мы решили, что пересечем безымянный перевал между двумя вершинами горы: это нестандартный и более дикий маршрут.

Выходные в Филиппинах: вулкан Пинатубо

Пинатубо – вулкан в Филиппинах, который мы ну никак не могли пропустить, хоть и провели в этой стране всего 3 дня (ездили на виза-ран из Малайзии). Рассказываем о том, как пытались подняться на вулкан, показываем результаты вулканической фотосессии. Читайте о жизни на вулкане!

От Меконга к Салуину. Часть 3: вдоль Салуина

В этой главе мы попадаем в Тибет и в одну из самых аутентичных тибетских деревень, где не бывает никого, кроме паломников. Потом спускаемся к красивейшей долине реки Салуин, по которой идем-идем-идем. Вокруг только суровые горы, а до ближайшего города, как обычно, еще далеко. Смотрите на медвежий угол Тибета.

От Меконга к Салуину. Часть 2: В Тибет через перевал Дацзя

В этой главе мы продолжаем пересекать хребет между Меконгом и Салуином по главному пути тибетцев-паломников через перевал Дацзя. Мы наблюдаем за обычаями и поведением буддистов и бонцев во время паломничества, проходим целых три перевала, чуть не вязнем в ячменной муке – цампе, рассыпанной на тропе. Никем (кроме одного снегиря) не замеченные, мы пересекаем границу Тибета и доходим до глухой и традиционной деревни тибетцев уже в бассейне Салуина.

От Меконга к Салуину. Часть 1: по коре вокруг горы Кавакарпо

Тибетцы устраивают паломничества к далеким местам поклонения. Иногда это занимает несколько дней или даже недель. Самое известное из таких мест (и среди иностранцев тоже, ну вы знаете) – гора Кайлас, но оно далеко не единственное. В прошлом году нам довелось пройти кору вокруг озера Намцо, правда, на пути мы не встретили ни одного паломника. В этот раз повезло больше – оказались в самой гуще кора-движения вокруг горы Кавакарпо.

Читайте о том, как мы пешком пересекли хребет от Меконга к Салуину и как делают кору вокруг горы Кавакарпо тибетцы-паломники.

Трекинг по монастырям и селам Сиккима. Фоторепортаж

Сикким – штат на северо-востоке Индии. Вот только Индией здесь не пахнет: чисто, тихо, прохладно и много деревьев. К тому же, мало людей и много гор, отличное сочетание для треккинга. Вы уже поняли, к чему я клоню?

По Сиккиму мы ходили пешком. Это был не спортивный поход или какая-то суперэкспедиция, скорее приятная прогулка по красивым местам. Смотрите фотоотчет о пешем путешествии по Сиккиму. В ролях мы с Пашей и наши друзья-путешественники you-ri и paranoya .

Три последних "доширака" или первое в мире прохождение реки Сицюй в Сычуани

«Ты уверен, что это дорога Литанг – Шангри-Ла?» – «Судя по генштабовской карте, это она». Несколько предыдущих дней мы ходили рядом с горой Геньен, по заснеженным перевалам и долинам с золотой листвой. Утомительный холодный десятидневный поход заканчивался, и мы уже мечтали о горячем душе (завтра, послезавтра?). Обсуждали, какие бисквиты выберем в первой встреченной китайской кондитерской. Наш план был таким: выйти по хорошей дороге из широкой и длинной долины (деревни есть, магазинов – ни одного), потом по шоссе за один-два дня автостопом до Шангри-Лы.

Шоссе оказалось неасфальтированной проселочной дорогой. Два грузовика и экскаватор вяло вели дорожные работы. Надежда на поток машин и быстрый автостоп увядала.

Дальше мы рассказываем о том, как вместо запланированного автостопа пошли в поход, как обнаружили серьезную ошибку на карте и из-за этого попали в абсолютно дикую местность, что происходило в процессе и чем все закончилось.